наверх
вниз
Суббота, 17.11.2018, 20:18 МСК
Животные
нашей планеты
Поиск
Новые статьи
Реклама
→ Класс: → Отряд: → Подотряд: Летучие мыши (Microchiroptera)

Летучие мыши. Microchiroptera

Летучие мыши – обширная и весьма распространенная группа.

Описание:

Размеры их мелкие или средние. Ушная раковина незамкнута, так что край уха не образует сплошного кольца. В большинстве случаев имеется козелок.

Летучая мышь фото. Microchiroptera

Глаза очень мелкие. Большой и малый бугры плечевой кости развиты сильно, причем первый у подавляющего большинства образует дополнительный сустав с лопаткой. Второй палец передней конечности целиком утратил самостоятельность, лишен концевой фаланги и когтя.

Череп весьма разнообразной конфигурации. Заглазничные отростки, за редким исключением, отсутствуют. Зубы у всех кроме листоносов Западного полушария, многобугорчатые, насекомоядного типа. Коренные верхней и нижней челюсти – различны.

Череп, в отличие от других элементов скелета, характеризуется значительной величиной и массивностью. Это связано, вероятно, с наличием сильных зубов и мощной жевательной мускулатурой, необходимых для схватывания, удержания и размельчения пойманных на лету насекомых. Кости черепа очень рано срастаются.

Носовой отдел у большинства насекомоядных форм сильно укорочен и в передней части немного приподнят кверху. Вследствие недоразвития этого отдела носовая полость испытывает редукцию. Межчелюстные кости развиты слабо, иногда представлены только носовыми или только нёбными ветвями, а в исключительных случаях даже отсутствуют. Передняя часть крыши носового отдела снабжена различно развитой вырезкой. Сильно укороченное костное нёбо также бывает снабжено вырезкой спереди или эта вырезка прикрывается лишь хрящевой пластинкой. Крыловидные кости развиты хорошо.

Череп малой вечерницы фото

Стенки объемистой мозговой капсулы образованы главным образом большими теменными костями. Сагиттальный гребень крупных насекомоядных форм достигает значительного развития, а у мелких и плотоядных – он совсем не развит или только едва намечен. Для большинства характерно наличие высокого ламбдоидального гребня, служащего для прикрепления весьма мощной шейной мускулатуры. Скуловые дуги тонкие; у некоторых листоносов Южной Америки неполные, представленные лишь короткими скуловыми отростками височных и верхнечелюстных костей. Половинки нижней челюсти не слиты между собой. Венечный отросток нижней челюсти сильно расширен.

Зубная система Дифиодонтная. Молочные зубы по форме резко отличаются от постоянных. Обычно они имеют вид изогнутой внутрь двухвершинной вилки, хотя наблюдаются и более сложные, увенчанные тремя вершинами или, наоборот, более простые одновершинные, не разделённые на коронку и корень.

Число молочных резцов и клыков соответствует числу постоянных, а предкоренных бывает по два даже у тех видов, взрослые особи которых, малых предкоренных зубов в верхней челюсти не имеют (кожаны) или имеют их только по одному (вечерницы). Основная роль молочных зубов сводится, видимо, к укреплению детеныша на соске матери в первые дни его жизни. Держаться молочные зубы на челюстях детёныша долго и не мешают прорезыванию и росту постоянных зубов, так что на известном этапе развития можно видеть одновременно и те и другие.

Постоянные зубы разнообразны. Число их у представителей разных родов, иногда видов и даже особей одного и того же вида различно.

Выделяются пять категорий зубов: 1) резцы (i), 2) клыки (c), 3) малые предкоренные (Pm - верхние, pm – нижние) 4) крупные (или задние) предкоренные (Pmp – верхние, pmp – нижние), 5) коренные (m).

Верхние резцы (если они есть) простые, конические со слабо изогнутой внутрь вершиной. Часто имеются добавочные вершины, расположенные сзади или сбоку, на одном или обоих зубах. Внешний резец по размерам почти всегда уступает внутреннему; от клыка он часто отделён заметным промежутком. Средней пары верхних резцов у всех рукокрылых нет; объясняют это отсутствием участка межчелюстных костей, на котором они могли бы развиться. Внешняя пара иногда исчезает (как у стрелоухов и складчатогубов). У подковоносов на хрящевой (межчелюстной) пластинке всегда имеется лишь одна пара крайне мелких крупинковидных рецов. У кровососущих Desmodontidae эти зубы сильно увеличиены и вплотную прилегают как друг к другу, так и к клыкам. У Megadermidae, не имеющих межчелюстных костей, нет и верхних резцов.

Нижние резцы мелкие, долотообразные или зазубренные, так как режущие края всех или внутренней и средней пары имеют по две бороздки, разделяющих поверхность на три вершины. Внешне, плотно примыкающие к нижним клыкам резцы гладконосых летучих мышей крупнее других и снабжены обычно четырьмя туповершинными бугорками.

Череп детеныша рыжей вечерницы фото

Клыки большие, остроконечные, на разрезе округленные у мелких и почти трёхгранные – у крупных форм. Верхние клыки всегда больше и сильнее нижних.

Малые предкоренные зубы простые, конические одновершинные с одним корнем. Второй малый предкоренной зуб по размерам у всех рукокрылых, кроме Natalidae, меньше чем первый.

Крупные предкоренные расположены между малыми предкоренными и первыми коренными. Они представляют собой совершенно своеобразную группу зубов. Коронка крупного предкоренного зуба состоит из конической, на разрезе округлой или трёхгранной вершины по своей высоте почти достигающей уровня вершин соответствующих клыков и обычно превышающей уровни вершин коренных зубов. С молочными предшественниками эти зубы не связаны, на что указывает наличие лишь двух молочных предкоренных зубов у форм, имеющих два постоянных малых предкоренных зуба (как у ночниц).

Коренные зубы у большинства летучих мышей вообще и у всех видов в частности остробугорчатые, насекомоядного типа.

Два последних коренных верхней челюсти по строению сходны друг с другом, хотя второй несколько больше первого. Каждый из них снабжен тремя корнями и настолько расширен перпендикулярно краю челюсти, что ширина значительно превышает длину и высоту зуба. Коронка несёт три главных вершины, соответствующие примитивно трёхбугорчатому типу. Внутренняя из них – протокон, передняя – паракон и задняя – метакон. Протокон расположен несколько ниже двух других вершин, образующих самые высокие части зуба, причём метакон всегда несколько выше паракона. Кроме основных вершин (или бугров), на внешнем крае зуба имеются ещё три слабо развитых бугорка: передний – парастиль, средний – мезостиль, задний – метастиль. Бугорки соединены между собой острыми слегка вогнутыми гребнями, или комиссурами. I комиссура соединяет парастиль и паракон, II – паракон и мезостиль, III – мезостиль и метакон, IV – метакон и метастиль. Эти четыре комиссуры, будучи почти равной длины, образуют отчётливую фигуру в виде буквы W. Коме них, более слабая и тонкая комиссура тянется от протокона к парастилю в одну сторону и, огибая метакон, к метастилю – в другой. За основание протокона лежит плоская небольшая площадка. У некоторых Desmodontidae второй коренной зуб отсутствует. Третий верхний коренной всегда меньше соседнего с ним второго; задняя часть его недоразвита.

Череп остроухой ночницы фото

Коренные нижней челюсти вытянуты больше не в ширину, а в длину. Первый и второй из них сходны друг с другом по форме и почти одинаковы по размерам. По наружной стороне нижних коренных зубов проходит хорошо развитый пояс. Коронка несёт пять следующих бугорков: передний наружный – протоконид, передний внутренний – параконид, средний внутренний – метаконид, задний наружный – гипоконид и заний внутренний – эндоконид. Ряды бугорков здесь сравнительно с двумя рядами их на зубах верхней челюсти занимают как бы обратное положение, так что три внутренних бугорка соответствуют пара, мезо и метастилю, а прото и гипоконид – паракону и метакону. По высоте три внутренних бугорка равны между собой и много ниже двух наружных, из которых передний значительно выше заднего. Ряды бугорков здесь сближены; комиссуры поэтому укорочены, несколько изогнуты наружу, значительно слабее развиты и не образуют правильной буквы W. У некоторых Desmodontidae второй малый коренной зуб редуцирован.

Форма тела летучей мыши при сложенных крыльях грушевидная. На расширенном переднем конце выделяется различная по относительной величине и положению голова, венчаная ушными раковинами, достигающими у некоторых форм огромных размеров. От маленького таза отходят тонкие ноги, заключенные в летательную перепонку.

Летательные перепонки представляют собой тонкую и весьма эластичную копию кожи, т.е. продукт слияния кожного покрова дорзальной и вентральной поверхности туловища. Эпидермис той и другой стороны на разрезе перепонки выступает раздельно, а кориум образуют общую пластинку из соединительной ткани, пронизанной многочисленными эластическими волокнами. В толще кориума проходит мощная сеть кровеносных сосудов и нервов. Оба мальпигиевых слоя содержат по два ряда клеток. В клетках наружных (поверхностных) рядов много тёмного пигмента, а в клетках внутренних рядов его нет. Роговые слои состоят из гексагональных пластинок, содержащих пигмент, зёрна которого располагаются в виде венчиков, не захватывающих центральные и самые периферические части пластинок.

Топографически летательную перепонку делят на три основных части: плечевую, натянутую между основанием шеи, плечом и предплечьем; крыловую растянутую между боками тела, плечом, предплечьем, пальцами и ногой; межбедренную расположенную между задними конечностями.

Крыловая перепонка, в свою очередь делится на боковую, ограниченную плечом, боком тела, бедром и линией, соединяющей локтевые и коленные суставы; промежуточную, расположенную между указанной линией голеностопной части ноги, предплечьем и пятым пальцем передней конечности и кистевую или межпальцевую часть, натянутую между пальцами и разделённую на три или четыре обособленных поля. Вентральную сторону «подмышечную область крыловой перепонки». Вдоль костных шпор, поддерживающих свободный край межбедренной перепонки, нередко тянется небольшой кожный лоскут – эпиблема, иногда снабженная поперечной хрящевой или костной перегородкой.

Наличие или отсутствие эпиблемы, строение летательных перепонок, характер их волосяного покрова, а иногда и окраска имеют важное систематическое значение. Так, по строению межбедренной перепонки можно определить принадлежность к семейству. У бесхвостых форм она разделена на две узких лопасти. У бульдоговых и свободнохвостых эта перепонка охватывает только основную половину хвоста, у представителей других семейств охватывает весь хвост, оставляя свободным лишь самый кончик его. Между концами шпор и хвостом свободный край межбедренной перепонки может иметь резкое зазубренное утолщение, усаженное рядами коротких упругих волос – «ресничек», как у некоторых ночниц. У конца шпоры иногда образуется вырезка или кожный зубец. Место прикрепления свободного края крыловой перепонки к ноге имеет важное значение в диагностике многих видов.

Обширная поверхность перепонок облегчает поддержание тела зверька в воздухе, а при последовательных отгибах и выпрямлениях свободного края крыловых перепонок – осуществляется движение тела вперёд. У быстролётных форм межбедренная перепонка выполняет функции произвольно образуемого тормозного мешка. В перепонках же содержатся органы осязания. В силу огромной испаряющей поверхности перепонки служат одним из важнейших механизмов терморегуляции рукокрылых. Наконец, перепонки используются самками в качестве «приемников», для рождающихся детёнышей, а у некоторых – и средством укрытия последних в первые дни жизни.

У бесхвостых форм (как крыланы и листоносы) или хвостом, загибающимся на спину (подковоносы), детёныш при рождении вываливается в полость, образованную грудью или сомкнутыми впереди крыльями, а у других в мешок, образуемый из межбедренной перепонки.

Ушные раковины, тоже играют разностороннюю роль. Увеличение ушей приводит к обострению как слуха, так частично и осязания. Но слишком большие торчащие вверх или в стороны уши нарушают удобообтекаемость тела и становятся помехой в полёте. Это биологическое противоречие разрешается различными способами. У многих близких видов наблюдается параллельное совершенствование мастерства полёта с относительным увеличением ушных раковин. У некоторых (как ушаны) осязательно-слуховая функция взяла верх, и уши достигли огромных размеров, а летательный аппарат остался сравнительно примитивным (крылья широкие, полёт медленный). У других (как длиннокрылы), наоборот, совершенство полёта достигло высокого уровня, а роль ушей как постоянного тормоза утратилась путём их уменьшения до придатков едва выступающих над уровнем меха. Наконец у бульдоговых летучих мышей, достигших наивысшего совершенства в полёте, большие ушные раковины огрубели, срослись между собой над лбом, приняли горизонтальное положение и превратились в весьма совершенный руль высоты.

В ушной раковине различают внутренний край (margo anteriori), вершину (apex) и внешний край (margo posterior).

Контур внутреннего края или на всем протяжении дугообразно изогнут (как у подковоноса, ушана, некоторых ночниц), или в основной трети образует ясно выраженный почти прямой угол («основной угол внутреннего края»). По внутренней поверхности уха тянется волосатая складка, верхний конец которой сливается с внутренним краем нескольких ниже вершины. Внешняя от волосатой складки часть поверхности уха исчерчена рядом поперечных складок, число которых подвержено значительной вариации у особей даже одного и того же вида. Все поперечные складки обычно пересекаются одной продольной. Основание тыльной стороны уха прикрепляется к голове соединительной складкой кожи.

У большинства летучих мышей имеется козелок – вертикально торчащий кожистый вырост у переднего края слухового прохода. Форма и размеры козелка тоже имеют важное систематическое значение. По форме, например, различают прямой, саблевидный, треугольный, булавовидный козелок и т.д. У основания внешнего края раковины (или обособлено близ козелка) имеется различно выраженный противокозелок; по характеру расположения он может быть внутренним, или краевым.

Большинство тропических летучих мышей по строению ушной раковины сходны или близки к Vespertilionidae. Ухо представителей Hipposideridae вполне сходно с ухом подковоносов; у крыланов же оно отличается наиболее простым устройством: толстокожая раковина их не имеет ни обособленной передней лопасти, ни козелка, ни противокозелка.

Наблюдается корелятивная связь размеров ушной раковины с размерами слуховых барабанов.

Подвижность ушей у разных видов различна. Широкие и толстокожие раковины вечерниц сидит почти неподвижно. Воронкообразные уши подковоносов, напротив того, отличается весьма совершенной подвижностью, причём шевелятся как отдельные части, так и вся раковина; зверёк произвольно может поворачивать её вокруг продольной оси или отгибать относительно двух поперечных осей вращения. У широкоушек, может произвольно двигаться вершинная половина раковин. Plecotus способен загибать свои огромные уши на спину или закладывать их под сложенные крылья, что всегда делает, погружаясь в глубокий сон.

Кроме ушей и летательных перепонок, у некоторых рукокрылых имеются и другие специализированные кожные образования в виде, например, небольших листовидных пластинок на носу у американских Phyllostomidae и Desmodontidae или причудливых выростов у листоносов Восточного полушария.

На подошвах ног и у основания первого пальца передней конечности иногда образуются мозолистые подушки или весьма сложно устроенные присоски (как у мадагаскарского Myzopoda), служащие для прикрепления животного к гладкой поверхности листьев.

Волосяной покров разнороден.

Вся летательная перепонка и «голые» части ушей как с нижней, так и с верхней стороны покрытия очень тонкими упругими волосками длиной (в среднем) около 0,25 мм. Эти волоски располагаются продольными рядами вдоль эластических балок (на крыловой перепонке) или без определенного порядка (на прилегающих к телу частях). По мере удаления от тела количество волос уменьшается. На вернтральной поверхности перепонок волосы гуще, чем на дорзальной.

Вибриссы расположены вокруг рта, около глаз, на лицевых кожистых образованиях (у подковоносов) и даже на утолщенном крае межбедренной перепонки между концами шпор и хвостом (у некоторых видов ночниц).

Остальные участки тела покрыты мехом, внешне похожим на мех большинства прочих наземных млекопитающих.

Кутикула волос имеет разнообразное и у многих видов настолько характерное строение, что может быть использована в качестве отличительного диагностического признака. У крупных крыланов кутикула состоит из множества небольших неправильной формы пластинок. Однако у всех исследованных видов летучих мышей и у мелкого крылана кутикула волос кольцевидная. Каждое кольцо имеет форму расширенного кверху стаканчика, воронки или рыхло свёрнутого «фунтика», основание которого охватывается верхней частью ниже лежащего кольца, что хорошо видно на желатиновых слепках волос. Высота и форма колец может быть резко различной в разных частях одного и того же волоса. Кольца в основной части волоса обычно узкие и высокие; в средней части – низкие и широкие, а в вершинной – низкие и снова суженные. У некоторых видов наблюдается двойное изменение формы колец в пределах одного и того же волоса: в принципе одинаковые кольца основной и средней части отличаются от колец надосновной и предвершинной части, в свою очередь сходных между собой. Такая «двухэтажность» волос, может быть, указывает на ложную линьку, т.е. на сезонное изменение покрова в результате не смены, а лишь подрастания.

Верхние края колец то ровные и относительно плотно прилегающие к основаниям выше лежащих, то волнистые или зазубренные и круто отходящие в стороны. В последнем случае на тотальных препаратах стенки волоса кажутся острозубчатыми. На отпечатках многих колец отчётливо виден вертикальный или косо направленный шов.

Разница в строении отдельных колец и кутикулы в целом может не совпадать с различиями по другим признакам. Например, волосы подковоноса и ночницы, относящихся к разным семействам более сходны между собой, чем волосы кожанка и нетопыря, относящихся к одному и тому же роду. То же можно сказать и о размерах волос. Так, предвершинный отдел направляющих волос трёхцветной ночницы в полтора-два раза толще, чем у других ночниц и у других видов, относящихся к разным родам и семействам.

Позвоночник содержит: 7 шейных позвонков, от 11 до 12 грудных, от 5 до 7 поясничных, 3 крестцовых и до 15 хвостовых. Шейный отдел с резко выраженной кривизной, так что затылок сближен с первым грудным позвонком. Крылья атланта и гребень (остистый отросток) эпистрофея развиты сильно. Седьмой шейный позвонок у многих сливается с первым грудным.

Грудная клетка имеет характерную сагиттальную впадину за счёт крутого дорсального изгиба рёбер; грудные позвонки снабжены лишь плоскими основаниями (рудиментами) остистых отростков. Грудина состоит из трёх основных сегментов. Рукоятка грудины крестовидной формы с двумя резко выступающими в стороны отростками для сочленения с ключицами и различным по форме «клювом» и килевидным гребнем.

Вдоль тела грудины, отдельные элементы которого обычно слиты, у большинства рукокрылых тянется сравнительно невысокий киль для прикрепления грудных мышц, а у наиболее быстролётных форм (например у широкоухого складчатогуба) киль на грудине не развит. Мечевидный отросток плоский, расширенный. Грудные отделы рёбер костные (не хрящевые). Укороченные рёбра первой пары бывают, подобно остальным, свободно-сочленёнными или они сливаются с другими элементами грудной клетки.

Тазовый пояс слабый. Подвздошные кости узки и длинны. Лобковые кости у самок широко расставлены, а у самцов сочленены друг с другом. Ноги у многих форм совсем утратили свои первоначальные функции (передвижение по твёрдому субстрату), превратившись в малоактивные органы, служащие для подвешивания. Бедренная кость тонкая, слабая, правильно-цилиндрическая, с гладкой поверхностью. Головка бедра шаровидная. В отличие от прочих млекопитающих, у летучих мышей головка бедра опирается на поверхность суставной впадины таза не медиальной, а лятеральной частью своей поверхности. Вследствие этого вся конечность, по сравнению с задней конечностью прочих млекопитающих, оказывается вывернутой. Колено обращено не вперёд, а назад и несколько отклонено наружу; сходную ориентацию получили и пльцы ног: большой палец ноги обращен наружу, а мизинец – внутрь. Сжатые с боков пальцы снабжены острыми изогнутыми когтями. Первый палец имеет две фаланги, а се остальные обычно по три. К бугру пяточной кости посредством связок прикрепляется хрящевая или костная шпора, поддерживающая свободный край межбедренной перепонки. Вдоль основания шпоры нередко тянется эпиблема, снабженная хрящевой или костной перегородкой. Последняя представляет собой боковую ветвь (или отщеп) шпоры.

Мускулатура, в связи с приспособлением к полёту, развита весьма характерно. Основная масса мышц концентрируется в области плечевого пояса (центра тяжести тела). Полёт осуществляется в основном за счёт движения в плечевом суставе, в то время как другие участки крыла при нормальном (гребном) полёте остаются почти фиксированными.

Летучая мышь на камне фото. Microchiroptera

Нервная система и органы чувств и локация:

Органы осязания, помимо обычных осязательных телец, волос и вибрисс, представлены многочисленными тонкими волосками, разбросанными на поверхности летательных перепонок и ушных раковин. Основание каждого из таких волосков снабжено сложным нервным сплетением в виде нити, кольцеобразно окружающей корень и специфического нервного аппарата.

Органы зрения у плотоядных форм (крыланов и крупных листоносов) умеренно развиты, а у большинства других летучих мышей значительно редуцированы, а в связи с чем видят они, плохо не зависимо от времени суток. Из летучих мышей наибольшая величина глаз и наилучшее зрение характерно для ушана, который чаще других видов ловит насекомых, сидящих (или ползающих) на твёрдом субстрате (например, на листьях и ветках деревьев).

Органы слуха летучих мышей на первый взгляд не содержат чего-либо выдающегося. Так, улитка имеет 2,5-3 оборота. Ушные раковины тоже не представляют ничего особенного. Однако слух летучих мышей характеризуется высоким развитием. Так, если у человека диапазон слышимости лежит от 16 до 20000 герц, то у летучих мышей этот диапазон расширен от 12 до 98000 герц. Если острота слуха у человека круто снижается в зоне от 5000 герц, то слух летучей мыши обладает ещё достаточной остротой на 60000 циклов. Кроме того, летучие мыши способны воспринимать эхо собственных ультразвуковых импульсов и пользоваться им в целях локации.

Летучие мыши издают ультразвуки частотой от 30 до 70 кГц и эти звуки издаются прерывисто, в виде отдельных импульсов, длительностью всего лишь в 0,01-0,005 секунды каждый, причём частота импульсов изменяется в зависимости от расстояния между зверьком и препятствием. При подготовке к взлёту зверёк издаёт от 5 до 10, при полёте на значительном расстоянии от препятствия – около 30 и перед самим препятствием – до 60 ультразвуковых импульсов в секунду.

Установив факт излучения ультразвуков зверьками, исследователи стали искать доказательства тому, что ультразвуки могут восприниматься зверьком с помощью органов слуха. Для этой цели они использовали метод «потенциала внутреннего уха». Во внутренне ухо зверька они вводили замкнутый виток проволоки с наружным выводом и в слуховой проход – другой провод, тоже с выведенным наружу концом. При наличии акустического восприятия между выводами возникает переменная электрическая разность потенциалов, которая служит объективным доказательством того, что звук данной частоты воспринимается слуховым аппаратом исследуемого объекта. Проведённые опыты показали, что летучие мыши слышат ультразвуки с частотой до 98000 герц.

Для образования ультразвуков необходимо сильное натяжение коротких звукопродуцирующих структур, что может быть связано с массивностью мускулов, натягивающих голосовые связки и с окостенением в соответствующих участках гортанных хрящей.

Терморегуляция:

Летучие мыши - теплокровные млекопитающие способные менять температуру своего тела не зависимо от температуры окружающей среды. Температура их тела не поддерживается на каком-либо определенном уровне, а колеблется в пределах, примерно от 2 до 8 °C (32,6-36,4 до 40,6 °C), причем эти колебания обусловлены не столько температурой окружающей среды, сколько степенью подвижности. Чем больше подвижность, тем выше температура тела.

При температуре внешней среды от 15 до 28 °C неактивная (сонная) летучая мышь находится в состоянии глубокого сна; температура её тела при этом понижается до 15-29 °C, отличаясь в отдельные моменты от температуры внешней среды лишь на 2 °C.

Состояние зимней спячки наступает при понижении температуры тела и внешней среды ниже 10 °C и выше 0-1 °C. Ниже этих температур многие виды летучих мышей погибают от переохлаждения :(

Питание:

Среди крайне разнообразных представителей тропической фауны наблюдается и многообразная специализация их в отношении выбора пищи. Так, все крыланы и многие листоносы питаются исключительно плодами и фруктами. Несколько видов объединяемых в три рода семейств Desmodontidae (Desmodus, Diaemus и Diphylla) приспособились к питанию кровью высших позвоночных. Они нападают на некоторых птиц, диких и домашних млекопитающих, а изредка и на спящих людей, прокусывают им кожу своими сильно увеличенными резцами и слизывают вытекающую из ранки кровь, которая долгое время не свертывается, в силу действия обильно выделяемого со слюной секрета, аналогичного гирудину пиявок. Населяют десмоды только тропическую Америку. В других областях Земли настоящих кровососущих летучих мышей нет. Вампиры (род Vampyrus из семейства Phyllostomidae) и подковоносы кровью позвоночных совсем не питаются.

Панамская Phyllostomus hastus предпочитает всем другим видам пищи мелких птиц и зверьков.

Пищу всех голарктических и большинства остальных летучих мышей составляют насекомые, добывание которых у разных форм происходит различно. Одни, медленно летая над поверхностью водоема, около группы деревьев, вдоль обрыва, просеки или аллеи парка, почти пассивно схватывают пролетающих по пути насекомых. Другие в погоне за добычей описывают ломаные линии, постоянно меняя направление полёта, то и дело кидаясь в стороны, вверх или вниз. Третьи с большой высоты стремительно бросаются за каким-нибудь жуком, пролетая по отвесной линии несколько десятков метров.

Изредка зверьки нападают и на неподвижно сидящую добычу, что особенно характерно для ушана. Однако другие виды ловят нелетающих насекомых только в случае крайней нужды.

Поедание пойменной добычи также чаще всего происходит во время движения в воздухе. Другие зверьки подвешиваются с пойманной добычей иногда к одному и тому же месту. Со временем в таких местах накапливаются кучки кормовых остатков, которыми можно пользоваться для определения видов состава пищи. Последнему благоприятствует то, что у крупных бабочек и жуков летучие мыши съедают только мягкие части, ловко отделяя плотные хитиновые образования.

Летучие мыши потребляют очень большое количество пищи, и могут долгое время обходиться без еды.

Потребность в воде у летучих мышей велика, особенно во время полёта, когда испаряющая поверхность становится предельно обширной и к тому же сильные воздушные потоки содействуют испарению.

В неволе во время питья они то лакают, как кошки, то медленно тянут глотками, то погружают в воду нижнюю челюсть и как бы черпают ей, после чего, подобно некоторым птицам, поднимают голову вверх. В природе они пьют воду на лету, как ласточки. Многие виды летают на водопой, покрывая иногда значительные пространства.

Летучая мышь на стене фото. Microchiroptera

Распространение:

Распространены летучие мыши по всему земному шару на север и юг до границ древесной растительности. Только на некоторых островах центральной части Тихого океана, где нет летающих насекомых, отсутствуют и летучие мыши.

Зимуют летучие мыши по разному, в зависимости от вида. Некоторые улетают на юг, где нет сильных морозов, а некоторые впадают в зимнюю спячку.

Около 800 видов летучих мышей группируются в 15 семейств.

Низшая классификация:


Смотрите также: